Жизнь в селе. Какая она, эта жизнь? Вся правда от жительницы села Зарыклей Ульяновской области (с фото)

В интернете много пишут о плюсах и минусах сельской жизни. Обычному городскому жителю очень сложно понять, а как на самом деле обстоит жизнь в современном селе. Они уверены, что в посёлке жить лучше — ведь есть натуральные продукты питания, свой дом, воздух чище. При этом мало кто из горожан действительно жил в селе долгое время. Поездки к бабушке на пару недель нельзя считать объективным мнением. Как и чем живут обычные сельские жители?

Что происходит сегодня в селе, и в частности, в селе Зарыклей Ульяновской области читателям журнала Reconomica рассказала его жительница Хамзина Альфия. Собственно, в любом регионе России обстановка примерно такая. Можно рассказывать хоть о каком — везде те же проблемы, и везде народ не живет, а выживает, а то и просто держится из последних сил.

Немного статистики

Меня зовут Хамзина Альфия, живу я в маленьком, можно даже сказать микроскопическом, селе Зарыклей Ульяновской области, где соседствуют представители двух национальностей: татары и чуваши.

село

Село Зарыклей Ульяновской области.

Сейчас, на 2018 год, количество проживающего населения составляет 148 человек (в недалеком прошлом, в советские времена, численность населения доходила до 300).

За 2017 год умерли 11 человек, родились 2 младенца. Такая вот, небольшая статистика для понимания “истинного положения вещей”. Понятно, что село “загибается” и народ умирает.

Районная больница

Умирают пенсионеры, чаще всего от болезней. Районная больница, она же и ближайшая, находится в семидесяти километрах от села. Рейсы автобусов, курсирующих по деревням до районного посёлка, отменены окончательно с 2013 года. Если нет своего транспорта или человек не способен сесть за руль, по причине старости или болезни, такси, которое приедет из этого же райцентра, обойдётся в 600-800 рублей.

Читайте также: Медицина на грани фантастики. Вся правда о поликлиниках и врачах из небольшого городка Иркутской области.

Спасение утопающих — дело рук самих утопающих

Вызов скорой помощи на дом — это совсем отдельная история. Приехать она может, но для этого надо очень постараться вписаться в её требования по симптомам болезни, которые простому смертному неведомы. Но, надо сказать, не все так безнадежно в этом плане — фельдшер и медпункт в селе все-таки имеются. Так что посодействовать в вызове скорой и оказать первую помощь, в случае чего, есть кому.

Ну, а лечение в стационаре районной больницы, к примеру, будет проведено только в том случае, если пациентом будут куплены все необходимые лекарства.

Принцип: спасение утопающих — дело рук самих утопающих, никто не отменял, и он, как никогда, актуален в данном случае.

Умирают и молодые, недожившие даже до пенсионного возраста. Есть случаи смерти от алкоголя, от поножовщины в состоянии опьянения, в авариях, при пожарах (пожарную часть или МЧС, в случае чего, нужно вызывать из соседней деревни).

дома

Люди умирают, и дома их рушатся.

Самое значимое мероприятие

Но чаще всего умирают, опять же, от болезней. В общем, наверное, как и везде: в деревнях и селах нашего процветающего капиталистического государства с подобным медицинским обслуживанием. Но для маленького числа населения такое количество смертей очень даже ощутимо.

По сути, получается похороны в селе — самое частое и значимое мероприятие, где народ собирается вместе.

Хотя нет, есть ещё собрания с главой администрации села и представителями района. Там тоже можно насчитать некоторое количество местных слушателей. Что-то на этих собраниях говорят и решают, но это никак не отражается ни на жизни сельчан, ни на внешнем облике села.

Наша школа

Школа, имевшая хорошую репутацию и обучавшая детей до девятого класса, была закрыта в 2009 году. Здание школы постепенно приобрело такой, мягко сказать, потрепанный вид.

школа

Когда-то здесь учились дети.

Как тут опять не вспомнить прошлое — на территории школы был раньше небольшой сад, картофельное поле, огород. Все это возделывалось силами учеников и учителей. К осени получался хороший урожай и заготовки на зиму для школьной столовой.

Оставшееся количество учеников (на сегодняшний день их 7 человек) ежедневно отправляется на обучение в соседнее село, за 15 км, на специально выделенном для этого автобусе. Местных учителей без дела не оставили, и в той же соседней школе они получили рабочие места.

Эх, дороги

Благо, для таких регулярных поездок сохранилась трасса, асфальтированная ещё при социализме, её остатками народ и пользуется до сих пор.

Нельзя не отметить, что попытки залатать дыры на дороге, и назвать это ремонтом, делаются время от времени. Такого ремонта хватает ненадолго, но, видимо, это так и задумано.

Сельская дорога

дорога

Наша дорога.

Чего нельзя сказать о дороге, которая проходит по центральной улице села. Длина её небольшая, но весной и осенью эта беда выглядывает наружу во всем своём ужасе. Решиться проехать на машине чревато последствиями, так как “засосавшую” машину может оказаться, что вытащить будет и некому.

Если пешком идти, то ноги в сапогах тоже засасывает неплохо, но самостоятельно выбраться всё-таки можно.

В принципе, оно и правильно, зачем тратиться и делать дорогу, если по ней скоро ходить и ездить будет некому (такая же, примерно, ситуация и с газом).

Печное отопление и газ

Отопление в селе печное, дровами (можно было бы топить и углем, но он, почему-то, исчез из продажи). Каждый сам покупает себе дрова на зиму.

дрова

Дров на зиму нужно очень много.

Кстати, продажа дров организована неплохо. Можно заказать по телефону машину колотых дров за 9 500 рублей в соседнем селе, а можно купить у местного лесника брёвнами по такой же цене и колоть, в этом случае, своими силами.

История с газификацией

Печным отоплением, конечно, трудно удивить, но надо учесть, что соседние деревни практически все газифицированы. И с населения неоднократно собирались деньги на проведение газа (пусть и не полную стоимость, но люди давали, кто сколько считал возможным, некоторые и полностью). Последние такие поборы были в 2016 году.

Плюс деньги за газовые счётчики, которые всё-таки установили в домах в 2013 году. Счетчики так и висят мертвым грузом, срок их, так называемой, эксплуатации без эксплуатации заканчивается в 2023 году (будет забавно, если их, по истечении срока, заставят менять).

Читайте также: Почему за КАДом жизни нет. Крик души жительницы поселка на окраине Санкт-Петербурга.

счетчик

Так выглядят наши газовые счетчики.

Газа, понятно, что не будет, но деньги населению, тем не менее, до сих пор не возвращены и тенденции к их возврату не наблюдается.

Работа в селе

С 2014 года село не занимается ни хозяйством, ни земледелием, вообще, ничем. Поля зарастают бурьяном и кленами.

Из техники, некогда вполне укомплектованного в этом плане хозяйства, наблюдается только один комбайн. Жаль, нет фото этого же машинного двора, к примеру, десятилетней давности для сравнения — территория двора была заставлена техникой полностью.

комбайн

Последний управляющий или фермер, или как его там, оставил машинный двор в таком виде.

Сейчас работоспособное мужское население “промышляет”, в основном, в Москве (на стройках или в ЧОПах), на севере или в соседних деревнях, которым повезло с грамотными руководителями и где ещё ведётся хозяйство (говорят, действительно настоящим трудягам в сезон, на уборке урожая, там платят до 100 тыс. рублей).

Женскому населению работать, кроме как на почте, в библиотеке, в клубе и в магазине, больше негде (к слову, эти здания тоже на печном отоплении и зимой прогреваются с трудом, к примеру, почта, по причине своей ветхости). Кстати, этот перечень — все, что есть в деревне из инфраструктуры.

Связь с внешним миром

Хотя, справедливости ради, надо сказать, что можно провести и пользоваться интернетом от Ростелеком. Это единственный провайдер, поэтому и вне конкуренции, чего нельзя сказать о сотовой связи. Её нет, никакой.

То, что где-то как-то, встав на какую-нибудь кочку, её можно поймать и делать вид, что ты разговариваешь по телефону, — трудно назвать связью. Любопытный факт — если у вас московский номер от Мегафона, то вы всегда здесь на связи, но если местный номер, то, извините, видимо не положено.

Читайте также: В России две беды — плохие дороги и равнодушие власти к народу. Вся правда о них от жительницы Саратовской области.

Домашнее хозяйство

Даже ведение домашнего хозяйства пришло в упадок. В основном, некоторые семьи держат овец. Кстати, овечья шерсть (натуральная!) стоит копейки — 12 рублей за килограмм чёрной шерсти и 8 рублей за килограмм белой.

Именно по такой цене её закупают у местного населения приезжие торгаши (что-то в этом есть из жизни туземцев и, кстати, вместо денег можно тоже, к примеру, расплатиться бусами, а что — вариант). Овечья шкурка (овчина) выкидывается за ненадобностью на растерзание собакам.

Редко, кто откармливает бычка или телку. На деревню имеется три единицы коров (опять же, к примеру, стоимость трехлитровой банки молока — 120-150 рублей). Это не так много по сравнению с магазинными ценами на молоко, сделанное из порошка.

Уныние и безнадежность

мечеть

Здание мечети.

Хорошо смотрится на общем фоне здание мечети (в прошлом, в этом здании был магазин промышленных товаров), которая функционирует, даже несмотря на малочисленность посетителей.

И, довольно неплохо, издалека, выглядит обелиск советской эпохи, который получает, судя по всему, какой-то уход.

обелиск

Обелиск павшим воинам.

Здесь тоже, как и везде, в каждой семье есть свои моменты радости и горя, но, если взять в общем и целом, то в селе царит безлюдье, уныние и безнадежность, даже несмотря на организацию увеселительных мероприятий и выступлений со стороны сельского клуба, по случаю какого-либо праздника.

Очень хотелось отметить позитивные моменты из жизни села, но кроме наступившей весны и скорого лета (и то, только по милости природы), на ум так ничего и не приходит, к сожалению.

Статья была вам полезна? Мы старались для вас! Пожалуйста, поддержите нас репостом в соцсетях или обсудите материал на любимом форуме. Это очень поможет проекту. Спасибо!

Комментарии к статье “Жизнь в селе. Какая она, эта жизнь? Вся правда от жительницы села Зарыклей Ульяновской области (с фото)

  1. Алла Матвейчук says

    За год в России умирает 3000 деревень – это тоже статистика. Многие, конечно, юридически существуют, и на картах они есть, но фактически в них давно никто не живет.

  2. если где-то в средней полосе стоят бесхозными домики и земля зарастает, зовите северян-пенсионеров . Если даже они будут в таких селах жить с апреля по ноябрь, а на зиму уезжать к себе, село будет приобретать жилой вид. Дома станут ухоженными. Молоко и яйца будут покупать. Возможно кто-то и поселится и не будет уезжать. А на зиму за домом чтобы присмотрели за плату будут просить кого-то из местных. Если даже и за тысячу в месяц—это тоже деньги. Это думаю будет лучше, чем ничего.

  3. Елена says

    Почему властям нет никакого дела до маленьких поселков и городов? Все деньги вкладываются только в большие города. А в небольших люди выживают, как могут – ни дорог, ни продуктов, ни товаров, ни развлечений.

  4. Трифонова Нелли Васильевна says

    Как грустно читать такие вести о дорогом тебе месте. Зарыклей-родина моей мамы и ее семьи. Меня привезла в Зарыклей моя мама во время Великой Отечественной войны . Я родилась по дороге в эвакуацию из Мурманска, когда там были массированные бомбежки. И в деревню мы прибыли на 30 -й день моей жизни.Дом дедушки, Байгузина Ибрагима, находился на краю оврага рядом со старой мечетью. А поселились мы у маминого дяди, Касымова.Я конечно плохо помню это время, маленькая была. Но помню как тяжело люди работали и как плохо было с едой.А в 1945 году мы вернулись в Мурманск, но неоднократно приезжали в Зарыклей летом повидаться с родственниками. Ни о каких пьянках и драках и речи не было. Жили дружно, строили дома, держали скот. Не хочу, чтобы деревня погибла. Люди, не сдавайтесь!

Есть мнение? Обязательно оставьте комментарий!

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *